Психоанализ, Социальная работа → Второй аспект проблемной ситуации
Этих незначительных замечаний, надеюсь, достаточно для того, чтобы выяснить, что результаты науки встают сегодня для человечества моральным вызовом. Научно-техническая цивилизация ведет все народы, расы и культуры, независимо от их специфически-групповых, культурно-релятивних морали и традиции, к конфронтации с усезагальною этической проблематикой. Впервые в истории 'человеческого рода люди оказались перед задачей принятия солидарной ответственности за последствия их действий в планетарном масштабе. Следует понять, что этому требованию должно соответствовать интерсубьективна значимость норм или, по крайней мере, основополагающих принципов этики ответственности. Вот почему первый аспект проблемной ситуации 'поданы для рассмотрения в качестве тему: "Этика в эпоху науки".
Второй аспект проблемной ситуации, которая приводит к указанному парадокс, обращенный именно к профессиональному философа, если тот принимает во внимание теоретический или, лучше, метатеоретичний состояние отношений науки и этики. Характерным для него является присуще отчаянным и честным философам все более влиятельным убеждение в том, что возможность интерсубьективнои значимости аргументов спиввидносна по объему с возможностью научной объективности в области формальных логико-математических и емпирико-аналого-политических наук о реальности (Fiealwissenschaften).
Но поскольку это не может быть доказано ни через формализм логико-математических заключений, ни через индуктивных вывод из фактов существования каких-либо норм и ценностных суждений, то идея научной объективности и значимости этих норм или суждений виштовхуеться в сферу непосредственной субъективности, имплицитно или експлицитно представленные в идеологически-мировоззренческом контексте ценности (Geltungsanspruche) этики предстают как оказывается - сводными или иррациональных, эмоциональных реакций, или эмоциональных немотивированно решений. Рационально обоснованными становятся, таким образом, не собственно этические нормы, а лишь свободные от ценностей описания фактически применяемых моральных норм, т.е. каузальни ли статистические объяснения реализации моральных норм или систем ценностей через так называемые эмпирические социальные науки.
Со своей стороны эти науки, к которым в данном контексте причисляют историю и культур-антропологии, так же как и социологию и психологию, добавляют еще один эмпирический аргумент в пользу научно постульованои субъективности и рациональности нравственных норм и ценностей: они-как можно часто услышать - доходят объективных суждений о фактах, в соответствии с которыми моральные нормы, которые признают или что их практически соблюдаются, является высшей мерой релятивнимы отношении культуры и эпохи, а потому - субъективными.
Поэтому выглядит лишь соблюдением консеквентности то, что в конце концов профессиональная философия, которая считает себя научной, отказывается от дела этики, осмысленной как неопосередковане обоснование этических норм и их конечного принципа. С традиционной этики как практической философии 'мы получаем тогда аналитическую "метаетику", которая воспринимает себя в целом свободен от ценностей научно-теоретическим описанием применения языка или логических правил, так называемого "морального дискурса" (moral discourse). Каждая философия, которая не согласуется с этой трансформацией, т.е. пытается устранить "тезис о нейтральнисть" аналитической метаетикы в пользу обоснования моральных норм, оказывается перед необходимостью выводить нормы из фактов и тем самым выступить против юмивського принципа четкого различения того, что есть, и того, принадлежащего быть. Поэтому каждая нормативная этика расценивается здесь как логически преодолен. Ее основы как таковые, которые находятся в "натуральном правые", отвергнутые "научной философией" догматичнисть и идеологичнисть, а ее претензии на значимость затавровани как иллюзия, теряет ценность, или же как авторитарная репрессии и опасность для свободы человечества. (Безусловно интересным представляется здесь квазиморальний Ангажемент "научной" философии, которая пытается от имени либерализма быть критикой идеологии. К этому мы еще вернемся).
Рассмотрим - предварительно - второй аспект парадоксальной ситуации, с которым у нас конфронтуе вопрос о взаимоотношения науки и этики. Универсальная, то есть интер-субъективно признана этика солидарной ответственности возникает, в соответствии с ним, одновременно и необходимым, и невозможной.
Это парадоксальное основу имеющейся проблемной ситуации приводит в конечном итоге к обострению противоречий в понимании гегеливськои диалектики: то есть оно выступает реальным антагонизм двух философских тенденций сегодняшнего дня и может быть охарактеризовано как двигатель диалектики, предоставляющий эвристический полезную иллюстрацию и экспликацию нашей проблемы. Каковы же эти практически действующие тенденции современной философии, которые представляют указанный антагонизм не только в академическом смысле.